Здесь и везде
Нельзя не отметить, довольно прилично
густой киноварью блеснуло окно…
Огонь фонаря пробивался привычно
сквозь тени ночные, в резных кимоно.
Всё было обычно, как принято – странно.
Ночная прохлада легла, как всегда…
Цикады старались под голос сопрано…
И снова не встретить сей миг никогда.
Висит непонятное, всё – между прочим,
ночное забвенье — во сне, наяву…
И резво скользит по реке междустрочий
кораблик из новых зачем, почему.
А вечность беспечна, и воздух не вечен,
судьба растворяется здесь и везде.
И ветры чужие неведомым смерчем
подхватят и сбросят неведомо где.